Новости
Комментарии EUREN
П
Как пандемия повлияет на отношения ЕС и России? Отвечают члены Экспертной сети EUREN
Часть 1: Глобальные изменения

Пандемия COVID-19 изменила нашу жизнь до неузнаваемости. Она сказалась и на отношениях внутри и между государствами и обществами во всем мире, в том числе между ЕС и Россией. Более того, вирус полностью поглощает умы людей и оставляет мало места для размышлений о будущем после пандемии.

Экспертная сеть ЕС-Россия является уникальным местом для начала такого процесса размышлений. В ближайшие недели члены EUREN будут обсуждать, как пандемия влияет на Евросоюз и Россию. Как она изменит ткань их политических, экономических и общественных отношений? Как она повлияет на сферы их сотрудничества и конкуренции и международный контекст отношений? Что могут и должны сделать обе стороны, чтобы контролировать потенциальный ущерб и готовиться к будущему, которое, вероятно, будет сильно отличаться от того, как мы представляли его всего несколько недель назад?

И ЕС, и Россия серьезно пострадали от пандемии COVID-19. Правительства обеих сторон предприняли беспрецедентные политические и экономические меры для замедления распространения вируса. Эти меры также влияют на их внешние связи. Как эти меры и пандемия в целом влияют на отношения между Россией и ЕС? Есть ли шанс, что они найдут способы, чтобы противостоять ей совместно? Продолжат ли отношения ухудшаться и что можно сделать, чтобы этого избежать?

ЛАРИСА ДЕРИГЛАЗОВА | Центр европейских исследований им. Жана Монне, Томский государственный университет, Томск :

COVID-19 возник как глобальный «серый носорог» 2020 года. Вирус был обнаружен в ноябре 2019 года, но серьезно стал восприниматься в Европе и России только с марта 2020 года. Пандемия демонстрирует реальную зависимость общества от внешних факторов и подвергает испытанию ценности, которые и общества, и политики ставят превыше всего.

Плотность населения, транспортная инфраструктура и воздействие внешних факторов – все это способствовало быстрому и опасному распространению вируса. Миллионы людей приезжают в Италию, Испанию, Францию и Великобританию для отдыха или бизнеса. В России меньше таких мест, за исключением наиболее пострадавших Москвы и Санкт-Петербурга.

Сконцентрированность органов государственного управления, система здравоохранения и социальная солидарность помогли в борьбе с пандемией. Благодаря работе госорганов странам удалось мобилизовать ресурсы и предпринять последовательные и эффективные меры. Развитая система здравоохранения помогает исцелить нуждающихся и предотвратить дальнейшее распространение болезни. Общественная солидарность поддерживает связи между людьми в трудные времена посредством социальных служб и волонтерских инициатив. Европа и Россия, безусловно, ближе друг к другу по сравнению с США, где первостепенные ценности — минимальное вмешательство государства, личная ответственность за свое благополучие и рыночная логика — оказываются во время пандемии контрпродуктивными.

Происходящее показывает, что единственным эффективным способом борьбы с пандемией является сотрудничество, а не соперничество. Я уверена, что в условиях пандемии у Европы и России есть возможность изменить свои отношения, рассматривая жизнь человека как высшую ценность, и объединить свои интеллектуальные и человеческие ресурсы для сохранения жизни.

САБИНА ФИШЕР | Немецкий институт международных отношений и безопасности, Берлин :

Пандемия COVID-19 подвергает испытаниям правительства и общества во всем мире. Евросоюз и его члены изо всех сил пытаются применять совместные решения. Переход российского руководства от объявления вируса проблемой внешнего мира к реагированию на его распространение в самой России занял слишком много времени.

Ясно, что COVID-19 окажет долгосрочное воздействие на политические системы во всем мире. Пока в некоторых государствах ЕС популистские движения, похоже, сдают позиции, в других политические лидеры используют кризис, чтобы приостановить действие демократических норм. В России вирус сорвал сроки проведения конституционной реформы, которая предоставит Владимиру Путину возможность провести в Кремле еще два срока. Чем дольше длится пандемия, тем больше о политических лидерах будут судить по тому, как они с ней справляются. В результате позиции многих из них будут ослаблены.

Нынешний период молчания между Москвой и ЕС демонстрирует плачевное состояние их отношений, и это вызывает глубокую тревогу. Диалог по-прежнему имеет важное значение по многим причинам — прежде всего, потому что проблемы, с которыми обе стороны столкнулись до начала пандемии, никуда не исчезнут.

Во всяком случае, эти проблемы могут усугубиться, например, когда пандемия поразит соседствующие с ними регионы. В частности, в неурегулированных конфликтах на Украине, в Молдове и на Южном Кавказе вирус усугубит гуманитарную ситуацию и возведет новые барьеры между пострадавшими общинами.

Географическая близость и социальная взаимозависимость сделают ЕС и Россию уязвимыми перед такими угрозами в будущем. Вместо того, чтобы отступать в изоляцию и использовать пандемию для достижения краткосрочных политических целей (например, путем дальнейшего разделения государств-членов ЕС), Россия и ЕС должны активизировать усилия для совместной борьбы. Этого можно добиться путем обмена информацией, проведения исследований и другими формами взаимной поддержки. Ни их геополитический конфликт, ни санкции не мешают и не должны мешать им делать это.

ТОНИ ВАН ДЕР ТОХТ | Институт Клингендаль, Гаага :

В краткосрочной перспективе, скорее всего, сохранится нынешняя тенденция к управлению кризисом, в основном, на национальной основе. Нынешний кризис не привел ни к более тесному сотрудничеству внутри ЕС, ни к укреплению его институтов, основанных на солидарности между странами-членами. В России кризис стал восприниматься более серьезно только совсем недавно, и, возможно, самое худшее еще впереди.

В этой ситуации ЕС и Россия могли бы, по крайней мере, договориться не использовать кризис в политических (пропагандистских) целях. Можно было бы пересмотреть только санкции, которые влияют на гуманитарную ситуацию, например, санкции в отношении Ирана. При этом в ответ на призыв Генерального секретаря ООН к прекращению военных действий во всем мире должно быть достигнуто эффективное прекращение огня в Донбассе, что позволит улучшить оказание гуманитарной помощи. Это могло бы быть результатом совместных усилий, координируемых при активном участии ОБСЕ и Международного Красного Креста.

В более долгосрочной перспективе в качестве одной из областей выборочного сотрудничества (наравне с борьбой с последствиями изменения климата) следует выделить улучшение координации и расширение сотрудничества в борьбе с эпидемиями и пандемиями. Это сотрудничество должно включать совместные исследования и укрепление таких многосторонних институтов, как ВОЗ. В идеале Китай и США также должны присоединиться к этим усилиям.

Наконец, нам необходимо более широкое обсуждение того, как в долгосрочной перспективе нынешние (временные) ограничения на национальных уровнях будут влиять на неприкосновенность частной жизни и на права человека.

COVID-19 оказывает влияние не только на глобальное здравоохранение, но и на глобальную политику и мировую экономику. Как изменение международного контекста, например, усиление соперничества таких крупных игроков, как США и Китай, повлияет на отношения между Россией и ЕС? Что могут сделать ЕС и Россия для смягчения негативных последствий глобальных изменений?

АЛЕКСАНДР АКСЕНЁНОК | Российский совет по международным делам, Москва :

С распространением коронавируса по всему миру стало очевидно, что мы сталкиваемся не только с проблемой здравоохранения, но и с многоплановым кризисом, который охватывает все основные центры глобальной силы.

В этом отношении первостепенное значение имеют три фактора:

- Будущие отношения в треугольнике США-ЕС-Россия

Возможность установить однополярный миропорядок была упущена администрацией Трампа в ее борьбе с пандемией коронавируса. Однако шансы Трампа остаться на посту довольно высоки, и он будет усердно работать над улучшением своего имиджа (и наследия) в течение своего второго срока. Это может повлечь за собой попытку перезагрузки его отношений с ЕС, а также с Россией и/или Китаем. В случае России успех будет зависеть от позиции Москвы по горячим вопросам (таким как контроль над вооружениями, юго-восток Украины, кибербезопасность, Сирия и т.д.). Китай всегда был более осмотрителен в отношениях с США.

- Темпы восстановления экономики Китая и его политические амбиции

Это связано не только со способностью Китая в полной мере вернуться на мировые рынки, но и с периодом времени, необходимым для экономического и политического восстановления в Европе. Что бы ни случилось, трудно представить себе, что Китай когда-либо будет во главе мира. По крайней мере на несколько десятилетий вперед мы окажемся лицом к лицу с «неполярным» миром со старыми угрозами, вытекающими из существовавших ранее условий.

- Борьба с растущими рисками для российской системы государственного управления

Пандемия является масштабным испытанием для лидерских компетенций, и это относится, прежде всего, к России. Фактически постепенная переориентация внешней политики представляется неизбежной в тот момент, когда столько проблем накладывается одна на другую (экономический спад, растущая военная напряженность, усиливающаяся общественно-политическая поляризация). Боюсь, однако, что для российского руководства это не столь очевидно. Кризис, вызванный коронавирусомеще раз продемонстрировал двойственность политического сознания руководства страны: стремление к примирению с Западом в противовес наследственному страху перед существенным исправлением собственных ошибок. Это происходит потому, что исторически «священная власть» в России всегда права и воспринимает действительность по своему выбору.

ДАВИД КАДЬЕ | Институт политических исследований Sciences Po, Париж :

Мы еще многого не знаем о кризисе, о том, где и как он закончится, о его человеческих, социальных и экономических издержках как для государств, так и для обществ. Это особенно затрудняет прогнозирование того, как пандемия и принятые в ответ на нее меры могут повлиять на отношения между Россией и ЕС.

Сейчас очевидно, что пандемия ускорит появление международной системы, в которой будет доминировать конфронтация между США и Китаем. Некоторые, включая президента Франции Эммануэля Макрона, полагают, что эта биполярная конфигурация существенно ограничит пространство международного маневра для ЕС и России, и, несмотря на неразрешенные споры, такая перспектива требует возобновления попыток наладить содержательный диалог. Кроме того, хотя политические отношения в настоящее время напряжены, общественные связи остаются прочными. Таким образом, можно было бы подумать, что общий эпидемиологический враг, в равной степени угрожающий населению, сблизит ЕС и Россию.

Однако до сих пор наблюдается обратная тенденция. Из-за сохраняющегося отсутствия доверия этот кризис и различные меры реагирования на него породили подозрения, взаимные обвинения, искажения и манипуляции даже в таких областях, как медицинская помощь. Весьма примечательно, как быстро люди, использующие политические изменения в своих целях, интегрировали беспрецедентный, непредвиденный, неясный кризис в области здравоохранения в свою давнюю (гео)политическую повестку дня или многолетнюю идеологическую борьбу и продолжают вести дела в обычном режиме. То, как это повлияет на отношения между ЕС и Россией в долгосрочной и более осмысленной перспективе, будет зависеть от влияния нынешнего кризиса на единство и солидарность внутри ЕС, внутриполитическую стабильность России и динамику конфликта на востоке Украины.

АНДРЕЙ КОРТУНОВ | Российский совет по международным делам, Москва :

Пандемия COVID-19 до сих пор не привела к каким-либо существенным изменениям ни в международной системе в целом, ни в отношениях между ЕС и Россией в частности. Европейский Союз по-прежнему полностью привержен своим санкциям против Москвы, в то время как российские пропагандисты никогда не упускают возможности представить ответ ЕС на пандемию как наглядное проявление провала европейского проекта. Российская помощь Италии, связанная с коронавирусом, вызвала опасения в Брюсселе по поводу попыток Кремля расколоть Союз. Многие в Европе также считают, что пандемия намного серьезнее, чем позволяет предположить официальная статистика, а российские власти скрывают реальную картину. Пандемия, вероятно, окажет негативное влияние на любой прогресс в реализации Минских договоренностей, поскольку все стороны соглашений явно отвлекаются на свою внутреннюю повестку дня, ориентированную на COVID-19. По той же причине маловероятно интенсивное сотрудничество России и ЕС по региональным кризисам, например, в Сирии, Ливии или Йемене. Однако если масштабы пандемии будут расти и дальше, то обеим сторонам, возможно, в какой-то момент придется пересмотреть свои соответствующие внешнеполитические приоритеты и сделать осторожные шаги навстречу друг другу.